Слово редактора

Недавно я выступал в клубе Coffee & project с рассказом о том, как делаются мои медиапроекты. Речь шла и о «Проекторе», и об «Антикве», и об ART1, и о всяких лекционно-выставочно-событийных делах. Я тогда назвал свой рассказ «Как одновременно быть учредителем, издателем, главным редактором, арт-директором, рулить студией, проектировать, преподавать, путешествовать, писать статьи, не сойти при этом с ума и получать удовольствие от жизни». По вопросам, которые прозвучали после выступления, я понял, что собственно вопрос «как?» остался без ответа. Очевидно, что все процессы двигаются — да, но зрители требовали раскрытия каких-то тайных секретов мотивации и планирования рабочего процесса. Надо сказать, что впервые о подобных материях я задумался относительно недавно, перед очередной поездкой в Британку, где я дважды в год веду мастер-классы в рамках интенсивов по графическому дизайну.

Как-то за несколько дней до поездки я проснулся с мрачной физиономией — ехать в Москву не хотелось. Я Нике (жене моей, ну вы знаете…) говорю, мол, устал, ехать неохота, там предстоят тяжелые три дня с преподаванием по восемь-десять часов в день. А она мне: а чего тогда согласился? И я задумался: почему я постоянно вписываюсь в какие-то истории, которые явно нарушают мое состояние покоя и комфорта? Проще ведь не делать. И сколь-нибудь заметно в качестве моя жизнь от этого не потеряет. Наоборот, может, высплюсь лучше денек-другой.

Но не, ни фига! Я не упускаю шанса вписаться в какую-то очередную интересную авантюру типа ведения собственной телепередачи (читайте о ней через разворот в рубрике «Было/Будет»). Вроде и не за деньги, и непросто дается, и время отнимает — тогда зачем? Но, впервые задумавшись о собственной мотивации, я понял, что на каждом новом проекте я сам учусь чему-то новому, даже если на первый взгляд учу чему-то других. Спортсмены поймут — тренировка не может быть простой, надо рвать себя на куски, чтобы достигнуть определенного результата. Будешь себя жалеть — ничего не добьешься.

И я понял, что каждый раз заставляя себя браться за новую затею, не до конца представляя, как буду ее реализовывать, я отрезаю себе пути к отступлению. Вписался — фигачь! Сдаваться нельзя, даже если очень хочется. Только таким образом — постоянной перегрузкой — мне удается переламывать сопротивление собственного распиздяйства и лени. Только чую, что расслабился, — надо придумывать себе новое занятие: что, свободное время появилось? На тебе!

Я за собой знаю еще одну особенность — я все откладываю на последний момент, мне очень сложно начать что-то делать. И лучшим лекарством от этого как раз и является постановка себя в очень жесткие рамки и по объему работ, и по срокам. Когда нет времени на раскачку и плавное вхождение в проект, волей-неволей начинаешь сразу работать достаточно интенсивно. С течением времени любой долгоиграющий проект набирает силу инерции и требует меньше трудозатрат, и это значит, что пора браться за что-то новое.

Если раньше это все происходило в моей жизни само собой, как-то неосознанно, то Никин вопрос: «А чего тогда согласился?»  заставил меня посмотреть на ситуацию со стороны и попытаться внятно артикулировать эти тезисы для самого себя.

Да, страшно начинать делать то, чего никогда не делал раньше. Да, страшно браться за проекты, масштаб которых превосходит твой предыдущий опыт. Но если страшно — это не значит, что нужно отказываться. Для меня, наоборот, это верный признак того, что необходимо вписываться в процесс. А если чувствуешь, что легко справишься с работой, то, скорее всего, уже перерос ее. Только постоянно повышая уровень сложности и ставя себя в некомфортные условия, можно двигаться вперед. Время пошло!

    Проектор № 1(26) 2014

    Я продолжаю обкатывать изменения в макете, и пробовать в разных кеглях Мистера Палкерсона. Обложка делалась, как это обычно и бывает, в последний момент. На сдаче номера меня так поразил порядковый номер этого выпуска, что я поставл число 26 во весь рост обложки. А цвет — ух, — хочется буйства красок, чтобы посмотреть внимательно на обложку несколько секунд, потом закрыть глаза и наслаждаться инвертированным зрительным послеобразом.

    Этот номер для меня важен помимо публикаций еще и своего рода программным «словом редактора». Мне показалось, чтов нем я смог наконец сформулировать довольно значимые для меня вещи. Кому интересно — можно почитать в бумажной или электронной версии.

    Проект № 1 «Персонификация» продолжает сериал Павла Ульянова о великих итальянцах ХХ века. В этом номере Карло Моллино. «Моллино был очарован бессмертием, и ключ к нему он видел в искусстве. После его смерти были найдены две тысячи эротических снимков, сделанных Моллино на Polaroid. Он всегда восторгался красотой женского тела, плавные изгибы которого можно часто увидеть в образцах его мебели. Карло Моллино остается одной из самых загадочных легенд дизайна ХХ века. Огромный интерес к его творчеству со стороны исследователей и коллекционеров не ослабевает. Аукционный рекорд цены на предмет мебели XX века принадлежит именно Карло Моллино — стол, созданный в 1949 году, был продан на аукционе Christie’s в 2005 году за $ 3,8 млн.».

    projector_1(26)_01
    projector_1(26)_02

    В Петербург с лекцией о своих работах приезжал замечательный британский график Джонатан Барнбрук. Я не мог пропустить визит звезды, и перед тем, как он показал свои работы в Эрмитаже, я взял у него большое интервью: «Графический дизайн всегда несет на себе отпечаток моды. Я бы никогда не сделал работу, только чтобы попасть в какие-то актуальные тренды. Я работаю потому, что вкладываю в проект некое интеллектуальное содержание. Я думаю, важно не просто думать о том, как сделать проект, но постоянно спрашивать себя: почему я делаю его именно так. Это, наверное, не ответ на вопрос о будущем. Но это о личном будущем. Мое беспокойство сегодня вызывает тот факт, что мы становимся слишком коммерческими. Я мечтаю, чтобы у дизайнеров был большой выбор интересных проектов. Делать работу просто за деньги — это скучно».

    projector_1(26)_03
    projector_1(26)_04

    Давным-давно я хотел сделать публикацию про Эркена Кагарова. Но получилось это только на двадцать шестом номере «Проектора». Эркен, как вы знаете, пару лет назад стал одним из арт-директоров Студии Артемия Лебедева, но мне было интереснее пообщаться не на тему сегодняшних проектов, а немного оглянуться назад, на период работы Эркена в Пермском центре развития дизайна и еще более ранние годы. «1980-е. Маленькая горстка профессионалов, отрицающая оформиловку и верящая в дизайн. 1990-е. Разброд и шатание, бандиты и дилетанты заставляют профи делать богато. Все — от программистов до инженеров — дизайнеры. 2000-е. Процесс пошел, профессия может приносить деньги, брендинг приносит больше, чем дизайн, поэтому все занимаются брендингом. А сейчас все потихоньку становится хорошо. То есть нормально, как во всем мире. Крупные агентства соседствуют с крутыми выпускниками, талантов много, и потихоньку всем находится применение. <…> У русского дизайна есть особенности — повышенное внимание к сюжету, литературность, объясняемость. Более плотная, сочная пластика и активная структура композиции. Это в лучших работах. В худших — то же самое, но с перебором, на крике и шуме». А проиллюстрировать интервью мне захотелось обложкой журнала [kAk) 1999 года с портретом Эркена.

    projector_1(26)_05

    Какое-то время назад в ленте Фейсбука увидел фотографию Юрия Гулитова, выглядывающего из-за парижского лайтбокса с шрифтовым плакатом его авторства. Что за новая история с давно сделанным и известным шрифтом? В проекте №3 «Буквы» Юрий Гулитов рассказывает о том, как его «Каллиграфическая» наполнила уличную рекламу Парижа.

    projector_1(26)_06

    Далее проект №4 «Предмет». Об одном из объектов своей коллекции — о кресле дизайнера Джорджа Накашимы рассказывает Павел Ульянов: «Впервые я увидел этот стул в частной коллекции в Голландии. Он располагался среди наиболее ценных экспонатов, но все равно выделялся на их фоне. Его японское происхождение было видно издалека. Качество древесины и ее обработки превосходно! Бруски массивного ореха необычайно красивой текстуры образовывали многогранник в сечении, а фаски боковых граней напоминали заточку самурайской катаны. Передо мной стоял шедевр Джорджа Накашимы — стул Conoid 1947 года».

    projector_1(26)_07

    Продолжаю рассказывать о нашем совместном проекте с компанией «Артлайт» под названием «Светомузыка». В этой публикации две световых трубы — настольная и настенная. Кстати, в мае весь проект будет показан на выставке Art of Light в Союзе дизайнеров. «Это совсем не модернистское высказывание про “функциональную красоту”. Это история про красоту “смысловую”. И даже больше — про самоиронию и добродушный стеб над самим дизайном, когда во главу угла ставится чистая идея, а ее реализация во многом зависит от целого набора случайностей. Мы же не делаем 3D-рендеров перед тем, как изготовить очередной светильник в коллекции. Действуем методом проб и ошибок. И даже если светильник в конечном итоге выглядит несколько иначе, чем задумывалось, то это повод для возможного переосмысления изначального замысла».

    projector_1(26)_08

    Для проекта №5 «Среда» Мария Элькина взяла интервью у архитектора Тотана Кузембаева. Тотан — мастер, фантастически работающий с деревом. Так совмещать традиционный материал и актуальные острые архитектурные решения, пожалуй, не получается более ни у кого на российской архитектурной сцене. «Только кажется, что дерево ограничивает, что из бетона можно больше сделать. Из дерева можно любую кривизну сделать. Дерево не менее податливо, чем бетон. Противники дерева еще любят говорить о том, что оно горит. Это тоже не вполне верно. Если правильно сделаны инженерные системы, то гореть ничего не будет. Это вопрос того, насколько ты профессионально тщательно все продумал и реализовал».

    projector_1(26)_09

    В проекте №7 «Фото» с новой стороны раскрывается галерист, историк дизайна, редактор журнала «Антиква» и постоянный автор «Проектора» Павел Ульянов. Павел еще и классный фотограф, адепт черно-белой пленки и ручной печати. «Я довожу каждый отпечаток в процессе ручной печати, используя мокрый метод — когда отпечаток лежит на печатном столе и проявка происходит в процессе печати. То есть ее можно контролировать, в отличие от обычного метода маскирования, когда ты с помощью проб подбираешь маски, но результат видишь только в конце. <…> Печать должна быть всегда стопроцентной, на вылет, с рамкой. Мне кажется, что для фотографа это очень важный критерий — кадрирование в процессе съемки. Важно продумывать композицию в тот момент, когда еще что-то можно изменить».

    projector_1(26)_10
    projector_1(26)_11

    В проекте №8 «Школа» Сергей Хельмянов рассказывает о «космическом дизайне», а именно, об инструментах для использования в космосе, разработанных в «Мухе». «Дизайнеры — студенты и дипломники, штатные сотрудники НИСа, преподаватели ЛВХПУ — за пятнадцать лет тесного взаимодействия с НПО «Энергия» провели огромный объем исследовательских и проектных работ. Решались повседневные насущные задачи, исследовались перспективные сферы, наработан колоссальный опыт и объем реализованных проектов. В фондах факультета дизайна СПбГХПА им. А.Л. Штиглица бережно сохранены макеты и прототипы рабочих постов и инструментов для внекорабельной деятельности космонавта, которые и иллюстрируют эту статью». Поводом для публикации стала выставка, на которой легендарные прототипы и были представлены.

    projector_1(26)_12

    Далее в «Проекторе» еще один «школьный» и одновременно очень профессиональный проект — дипломная работа Оксаны Палей для фестиваля «Территория». О работе рассказывает сама Оксана и дипломный руководитель Леонид Славин. «После того как заказчик принял концепцию, дипломный проект перешел в статус настоящего заказа. В конце июня прошла защита диплома, а сам фестиваль состоялся в октябре. Дальше мне предложили продолжить работу с фестивалем после защиты. На основе общей концепции разработать дизайн всей полиграфии и сувениров. Отработать не только общую идею, но и все до последних мелочей. Для меня было важным реализовать проект именно так, как я его задумала — от начала до конца».

    projector_1(26)_13

    В проекте №9 «Книги» продолжение сериала Михаила Карасика о шедеврах книжного дизайна двадцатых-тридцатых годов ХХ века. В этом номере читайте про «ИзоСтат». «Метод изобразительной статистики был взят на вооружение еще в 1919 году, но особенно ее значение выросло в последующие десятилетия: “Нет такого клуба, красного уголка, избы-читальни, школы, где бы не изготовлялись и не выставлялись диаграммы. К торжественным датам и годовщинам витрины магазинов, стены домов и даже целые площади украшаются диаграммами”. К концу 1920-х “старые методы статистических диаграмм — в виде “кривых линий”, столбиков, кружков или ничего не говорящих изображений, лишенных политической и классовой осмысленности, не могли разрешить задачи популяризации статистических данных”, а потому возникла необходимость в более наглядной и убедительной графической системе».

    projector_1(26)_14

    Девятый выпуск журнала «Проискусство» в журнале «Проектор» я целиком посвящаю переучету креативных пространств Санкт-Петербурга. Сериал автора Данилы Ширяева и фотографа Михаила Григорьева стартовал на нашем портале ART1 еще осенью прошлого года. На сегодняшний день наши корреспонденты побывали без малого в десятке самых заметных креативных пространств, оказывающих заметное влияние на культурный ландшафт Санкт-Петербурга. Не секрет, что первопроходцем лофт-движения в Питере был Лофт-Проект «Этажи», в котором прошло почти три года счастливой и насыщенной жизни нашей редакции. И многие из сегодняшних начинаний берут за основу именно «этажовскую» модель. За рамками этой публикации также остались пространства «Архитектор» на Миллионной, «Треугольник» на набережной Обводного канала и еще несколько любопытных мест. И это значит, что в следующем номере будет продолжение переучета.

    projector_1(26)_15
    projector_1(26)_16
    projector_1(26)_17
    projector_1(26)_18
    projector_1(26)_19
    projector_1(26)_20
    projector_1(26)_21
    projector_1(26)_22

    Проектор № 1(26) 2014

    Полностью журнал читайте в электронной версии.