Слово редактора

Хочу с самого начала заметить, что я полный невежда в вопросах экономики и финансов. Поэтому все соображения об экономической ситуации, изложенные в этом тексте, — не более чем рассуждения обывателя и дилетанта, в той лишь мере достойные прочтения, в коей экономика касается каждого из нас.

Что-то в последнее время с разных сторон только и слышу о том, что вот-вот, буквально еще чуть-чуть — и вся экономика обвалится. Что пора замораживать текущие проекты и, упаси бог, не начинать ничего нового. Потому что (см. выше) вот-вот — и все. Одни прогнозируют коллапс после сочинской Олимпиады. Другие говорят о том, что кризис уже вовсю шагает по стране. В дни подготовки и сдачи номера ЦБ начал чистку в рядах финансовых учреждений — один за другим закрылись сразу несколько банков. Конечно, это неприятные разговорчики. Поневоле начинаешь проецировать разнообразные кризисные последствия на свои собственные проекты. Я думаю, у всех так, как же иначе?!

Единственное, что я в связи с надвигающимся кризисом намереваюсь делать, — это ничего! В том смысле, что я считаю полной глупостью ложиться на дно и замораживать текущие дела, ожидая неведомого худшего. Любой кризис только усиливается, когда люди начинают ему помогать, впадая в панику. Надо просто фигачить то, что у тебя хорошо получается, и не останавливаться ни на секунду. Может быть, мне просто очень повезло, что я в жизни занимаюсь тем, что мне очень нравится. Потому в моей личной понятийной вселенной действуют такие законы, что призывы готовиться к кризису и сворачивать дела я воспринимаю ровно так же, как воспринял бы слова о том, что в преддверии катаклизмов надо прекратить играть с дочкой, заниматься любовью с женой, встречаться с друзьями, пить вино и есть стейки, потому что скоро «Земля налетит на небесную ось». Так что все, кто предрекает скорые экономические и финансовые страсти-мордасти, могут смело идти лесом. Спасибо, вы свободны.

При этом, поймите меня правильно, я вполне допускаю, что мы снова пройдем и через новые «черные вторники», или через что-то совсем новое и даже более значительное по своей силе, чем кризисы 1998 и 2008 годов. Рано или поздно, куда ж денемся. Только это не повод для уныния и тоски, если жизнь наполнена чем-то большим, нежели простодушным стремлением заработать побольше бабла.

Хорошо помню, как тряхнуло пять лет назад, как заказчики и партнеры журнала резанули бюджеты на дизайн и рекламу — понятно, им и самим было несладко. Но мне в голову не приходило, что начатое мной дело — любимый журнал — можно закрыть из-за временных финансовых трудностей. Да, было сложно, но журнал удалось удержать. Я тогда даже ввел в «Проекторе» шуточную кризисную рубрику, где публиковал статьи по домашнему мужскому рукоделию из книги «Триста полезных советов» 1957 года издания. Там были ценнейшие рекомендации в духе «русского дизайна» (использую термин «р. д.» в трактовке Александра и Ольги Флоренских). Но и тот кризис прошел.

Не живите ожиданием неприятностей. Мыслеформы вещественны, и задуманное сбывается. Надо делать свое дело, несмотря ни на какие страшилки. Тогда, может статься, вы и не заметите, как сначала наступит, а потом останется позади очередной кризис.

    Проектор № 4(25) 2013

    Самое главное изменение, которое случилось в журнале, — это новая акциденция. По случаю распродажи я приобрел у Юрия Гордона полные семейства Мистеров Палкера и Палкерсона. Мистера Палкерсона взял на себя заголовки и мне хочется погонять его во всяких разных ситуациях — и в крупных кеглях, и в мелких, и вывороткой. Поэтому и обложка сделана чисто шрифтовой — уж больно мне нравится, как ведет себя шрифт в подобной «полуакцидентной» ипостаси. А оранжевый цвет — это верное средство от зимнего авитаминоза: хочется чего-то яркого в середине питерского осенне-зимнего мрачняка.

    Главной исторической фигурой номера стал Акилле Кастильони. О нем рассказывает Павел Ульянов: «Кастильони участвовал во всех Миланских триеннале начиная с 1947 года, а в 1956 году стал одним из основателей Ассоциации промышленного дизайна, построил несколько зданий в Милане, организовывал разнообразные инсталляции. В 1984 году он провел свою первую персональную выставку в Музее декоративного искусства в Вене, далее персональные выставки последовали в крупнейших мировых музеях, в том числе и в MoMa в 1998 году. Акилле Кастильони удостоился самых престижных международных званий и наград в области промышленного дизайна. Но главное достижение Акилле Кастильони в том, что он сделал индустриальные продукты более дружелюбными, наделив их эмоциональным содержанием. «В нашей профессии слишком много серьезного. Один из моих секретов заключается в том, что я все время смеюсь», — говорил Кастильони».

    ch1-6

    29 ноября скорбную весть принес Чайка — в тот день умер Вальдемар Свежи. Номер был уже почти собран, но нельзя было не отозваться, и я добавил четыре разворота. Вальдемара Свежи вспоминали: Сергей Серов, Алан ле Кернек, Уве Лёш, Владимир Чайка, Александр Фалдин, Никлаус Трокслер. Светлая память…

    ch1-10
    ch1-11

    Я давно хотел сделать публикацию про Андрея Шелютто. Летом хотел вытащить его в программу PosterStars в Новую Голландию, но Андрей был неуловим. Только этой осенью удалось вытащить его в гости в редакцию и поговорить. Очень получилось хорошее и честное интервью. «У страны нет идентификации, нет лица, нет дизайна. Конечно, очень бы хотелось, чтобы наша страна выглядела по-человечески. чтобы не тошнило, когда ты стараешься рассмотреть, что напечатано на наших деньгах. чтобы, наконец, военные и полицейские, надевая форму, превращались в воинов, защитников порядка, чтобы они нравились девчонкам и чтобы им самим это все нравилось. Я же представляю, что чувствует человек, надевая эту фуражку, — в самом лучшем случае он чувствует унижение. И мы все тоже, пользуясь этими деньгами и глядя на этих солдат, мы ничего, кроме унижения, не можем испытывать. А следом идут «прекрасно» сделанные газеты типа «Аргументов и фактов», которые страшно в руки брать. А следом идут «прекрасные» издания с телепрограммами. Для меня загадка, как люди там вообще могут что-то найти. Или же у них уже настолько изменено сознание, что они только так могут понять? Я в этом не уверен. Я о людях лучшего мнения».

    ch1-14

    Проект №3 «Буквы» открывает объемный леттеринговый проект Себастиана Лемма под названием «t.s.e.», вдохновленный поэзией Т.С. Элиота (отсюда и название). Вот как автор комментирует свой проект: «Эта шрифтовая инсталляция находится на стыке типографики, фотографии и арт-инсталляции — это манифест переоценки собственных творческих ценностей. Меня интересуют читаемость шрифта в пространстве и состояние непрерывного изменения между вторым, третьим и четвертым измерениями».

    ch2-1

    Далее о буквах. Один из известнейших памятников русской литературы и графики XVII века — Азбуку Кариона Истомина и Леонтия Бунина подробно рассматривает Андрей Харшак.

    ch2-4

    В проекте № 4, посвященном предметному дизайну вы найдете публикацию о запущенном в серию объекте молодой российской дизайнерицы Катерины Копытиной: «Создание интересного, эмоционального и конструктивно простого продукта, ориентированного на самостоятельный запуск в производство, было непростой задачей. Но Катерина справилась не только с проектным этапом, но и с производственными сложностями, когда необходимо не только учитывать приспособленность предмета к серии, но еще и стараться сделать так, чтобы на выходе продукт не стоил запредельных денег». Похоже, что в российском промдизайне появилось новое имя!

    ch2-9

    Между тем, продолжается наш совместный проект с компанией «Артлайт» и «Светомузыка» прирастает новыми объектами. В этом номере читайте о важности деталей.

    ch2-11

    Далее Павел Ульянов, — известный коллекционер и эксперт по истории дизайна ХХ века — делится историей об удивтельном приобретении — кресле-трансформере Карла-Йохана Бомана, вышедшем в свет в 1951 году.

    ch2-13

    «Проектору» очень повезло. В рамках подготовки Первой биеннале музейного дизайна в Санкт-Петербург приезжал Ральф Аппельбаум — ведущий мировой дизайнер музейных пространств. Его студия выполнила более 550 проектов для музеев по всему миру и участвовала в сооружении более 250 объектов. Я встретился с Ральфом, и он дал мне большое интервью о музейном дизайне.

    ch2-15

    Далее в проекте №5 «Среда» исторический материал о «Стальном доме» Георга Мухе и Ричарда Паулика в Дессау. «Возможности воплощения новейших социальных, архитектурных и конструкторских идей побудили еще двух авторов — Георга Мухе (Georg Muche) и Ричарда Паулика (Richard Paulick) взяться за реализацию своего префаба в том же Дессау. Собственно, задачи перед ними стояли те же, что и перед Вальтером Гропиусом: унификация технологического процесса, использование стандартных готовых узлов и блоков, ускорение и удешевление процесса строительства. Только вот незадача: Гропиус был архитектором, а Мухе — живописцем. И хоть он и принадлежал к числу мастеров Баухауса, но ему пришлось для реализации своих идей пригласить в соавторы студента-архитектора Ричарда Паулика. Но то ли они оба оказались слишком увлечены использованием нового материала в жилищном строительстве, чтобы всерьез задумываться о его свойствах, то ли просто Паулик плохо успевал по материаловедению. В результате, когда дом, собранный целиком из стальных панелей, был готов, оказалось, что с наступлением холодов он мгновенно промерзает, а летом под лучами солнца превращается в раскаленную печку».

    ch2-19
    ch2-20

    В продолжение темы «префабов» о своем проекте Exiis рассказывает петербургский архитектор, руководитель бюро Archi-Do Вадим Кондрашев: «Сейчас перед нами стоят три задачи. Во-первых, понять его рыночную стоимость, потому что пока мы знаем только стоимость прототипа, она неверная, так как это были личные инвестиции. Во-вторых, узнать полный цикл производства, потому что пока это было частное общение с ребятами, которые все делали под заказ. И в-третьих, понять рынок сбыта, потому что надо довести продукт до конечного покупателя. Концепция в том, что ты можешь сам с помощью соседа за один день его собрать. Это совершенная правда — мы уже несколько раз его сами собирали и разбирали в чудовищных условиях».

    ch2-21
    269954_original

    В проекте №7 «Фото» Дмитрий Конрадт в рассказе Марии Гаврильчик: «В руке должен быть фотоаппарат, а голова должна быть свободной от предрассудков и концепций, мешающих воспринимать мир непосредственно. В этом отношении Конрадт — настоящий последователь любимого им Картье-Брессона, который говорил: «Не думай, не читай, будь открытым!» Фотограф, по существу, — это тот, кто старается быть везунчиком: он ходит по улицам, смотрит на свет, людей, цвета и надеется, что вот сейчас все сложится в единое целое. «Я лишь фиксирую состояние резонанса, — поясняет Дмитрий, — иду в каком-то настроении, слушаю определенную музыку, и вдруг что-то бросается в глаза. Я фотографирую, и если кого-то снимок цепляет, значит, мое состояние в нем индуцируется, значит, все не зря».

    ch3-1
    ch3-2

    После небольшого перерыва (пропустил всего один номер), в «Проектор» вернулся наш эксперт и постоянный автор Сергей Хельмянов. Он продолжает серию публикакций о выдающихся дизайнерах, стоявших у истоков формирования школы советского и, позднее, российского дизайна. В этом номере — «Ю.Б.» — создатель ВНИИТЭ, легендарный Юрий Борисович Соловьев: «Дизайн — сфера гуманитарная, все, что делает дизайнер, он делает для человека. Юрий Борисович Соловьев своим талантом, силой своей личности создал ВНИИТЭ, как он назвал его в своей книге — «институт надежды». Надежды на то, что дизайн сделает нашу культуру и страну человечнее, гуманнее, добрее. Однако 14 июня 2013 года был закрыт ВНИИТЭ. 6 октября 2013 года скончался Ю.Б.».

    ch3-6

    А из проекта №9 «Книги» никуда не уходил Михаил Карасик, который вот уже который год продолжает исследовать историю дизайна книги в СССР в двадцатые-тридцатые годы ХХ века. В этом номере рассказ о журнале «СССР на стройке»: «В отличие от кинозалов и выставок, рассчитанных на массового зрителя, журнал обращался индивидуально к каждому, кто держал его в руках, — от деятелей культуры и политики до финансистов и предпринимателей — настоящих и будущих экономических партнеров СССР. Он выходил на четырех языках: русском, английском, немецком и французском. Читателем журнала в Советской России был не рядовой гражданин, а зародившаяся в начале 1930-х новая элита. Огромный формат, глубокая печать (меццо-тинто), наиболее точно передающая фактуру и качество фотографии, сложная конструкция тетради со множеством вставок (гармошки, буклеты, карты, вклейки) — все эти художественные артефакты располагали к изданию, а главное — вызывали желание верить тому, что происходило на его страницах. От номера к номеру подписчики становились свидетелями грандиозной стройки, происходившей по всей стране и во всех сферах жизни. Одним словом, его содержанием стало тотальное строительство нового государства и нового человека».

    ch3-11

    Весь проект «Проискусство», который я делаю в партнерстве с порталом ART1. Visual daily, я целиком посвящаю заброшенным и потайным уголкам Санкт-Петербурга. Не так давно на портале ART1.ru стартовала серия публикаций нового колумниста — Андрея Стрельникова. С фотоаппаратом наперевес он проникает в заброшенные и труднодоступные места нашего города, чтобы зафиксировать уходящую натуру питерских дворцов, дворов и лестниц. Начиная изучать тему, поражаешься, какое еще огромное количество неухоженных, разрушающихся, брошенных на произвол судьбы исторических зданий стоит в нашем городе. С каждым годом питерская погода и время делают свое дело, и мы безвозвратно теряем то, что необходимо беречь как зеницу ока — сокровища петербургской истории и архитектуры. Осыпается лепнина, гниют и подлинные резные двери и оконные рамы, ржавеют ажурные решетки балконов и лестниц, вздымается пузырями паркет дворцовых интерьеров. На мой взгляд, такое положение вещей — позорище для Санкт-Петербурга. В этом номере публикации о Даче Фаберже, Усадьбе Демидовых, петербургских лестницах, Дворце княгини Ольги Палей и Особняке Бракгаузен.

    ch4-1
    ch4-2

    И опять же после небольшого перерыва, в «Проектор» возвращается глава о моде, которую мы делаем совместно с Aurora Fashion Week. «Проектор» оценивал показы прошедшей Недели моды, как и положено fashion-дилетанту — по красоте. Первая тройка дизайнеров AFWR SS 2014 по нашей версии выглядит так: Clarisse Hieraix, Lilia Kisselenko, Leonid Alexeev. Все трое продемонстрировали мастерство работы с силуэтом — очень графичные и изысканные работы. Впрочем, мнение «Проектора» исключительно субъективно, и, как это заметно по полюбившимся нам коллекциям, мы побаиваемся яркости и тяготеем к сдержанным цветовым решениям.

    ch4-8
    ch4-9

    Проектор № 4(25) 2013

    Полностью журнал читайте в электронной версии.