Слово редактора

В середине августа пришли новости из Москвы — закрылся журнал «АртХроника» -— флагман российских печатных СМИ об актуальном визуальном искусстве. Несколькими месяцами ранее прекратил существование журнал «Большой город». Каждая подобная весть печалит. Поляна качественно сделанных изданий о нашем визуальном становится все более пустынной. Меня самого часто спрашивают: есть ли будущее у бумажных СМИ и не пора ли прикрыть «бумагу» и остаться только в Интернете? И затрат меньше, и аудитория шире, и вопросами логистики можно не озадачиваться. Типографии волнуются, что будет с многостраничниками в ближайшей, скажем, десятилетней перспективе.

Есть у меня на сей счет пара соображений. Первый (и вполне справедливый) аргумент тех, кто считает, что бумага помрет и будет один сплошной Интернет, заключается в том, что в вопросах подачи актуальной информации бумага безнадежно проигрывает онлайн-СМИ. Даже еженедельные газеты не поспевают за обновлением ленты новостей. Неслучайно крупнейшие новостные издания при сохранении бумажной версии все больше смещаются в Сеть. Политика, экономика, социалка, спорт — все в Сеть. Там, где нужна мгновенная реакция на происходящие события, «бумаге» не справиться. Да и все больше становится тех, кто воспринмает информацию лишь с экрана, а не с листа бумаги. Но это все касается исключительно быстрых СМИ — тех, кто обязан мгновенно реагировать на события. Однако есть сферы неспешные, которым пристали созерцательность и спокойствие. И на этой территории бумажная периодика, естественно, никуда не денется. На эту тему я недавно разговаривал со своими лондонскими друзьями. А Лондон — щепетильный для российской обильной прихоти — давний пример делать жизнь с кого. Так вот, бумажная периодика в сфере творческих индустрий чувствует себя прекрасно — издаются десятки толстенных журналов по моде, дизайну, архитектуре, визуальным искусствам. При этом вовсе не «фэнзины», а по-взрослому сделанные многостраничники, не испытывающие недостатка в рекламодателях. И ничего, прекрасно себя чувствуют не только как первоклассный издательский продукт, но и как бизнес. И ни о каком кризисе в бумажной периодике слыхом не слыхивали.

Ну так то в Лондоне. А что у нас? Возвращаясь к первому абзацу — закрываются хорошие журналы. Жалко. Но они, как павшие вековые деревья, удобряют почву росткам новой неспешной и вкусной визуальной периодики. В конце концов, существуют два основных подхода в медленных СМИ — делать журнал, чтобы зарабатывать деньги, или зарабатывать деньги, чтобы делать журнал. К сожалению, многие издатели с самого начала не могут определиться с пониманием собственного подхода. Отсюда — из нереализованных тайных ожиданий — происходят закрытия медийных проектов. Если проект не приносит хотя бы чего-то одного — славы и статуса, удовольствия или денег, то, конечно, к чертовой матери его. Но такие примеры все же редкость. Как правило, хотя бы одна из составляющих все же присутствует. Но если ты как издатель хочешь зарабатывать на СМИ, а они тебе генерируют все что угодно, кроме денег, то налицо неверно выбранная стратегия (или сфера деятельности самого издания). В общем, надо на берегу честно признаться себе, зачем нырять в издательское дело. И тогда не будет неожиданностей.

Вот «Проектор», например, никогда не мыслился как бизнес. И прекрасно существует вот уже шесть лет, и 24 номера в полной гармонии с собой, учредителем, издателем и главным редактором. Чего и всем желаю.

    Проектор № 3(24) 2013

    Сначала в редакцию пришел наш друг — фотограф Дима Горячёв и подарил красивую старую мясорубку. Это было давно. Потом, за день до сдачи номера, когда все публикации уже были готовы, я все не мог придумать обложку. Вдруг смотрю — мясорубка! Вот это предмет для обложки. И все что-то не получалось, пока не решил засунуть всю шапку номера вместе с анонсами публикаций в эту мясорубку. Ведь что такое журнал в самом-то деле? Мясорубка и есть. Перерабатываем дизайнерское мясо в информационный фарш.

    Главным героем исторического экскурса стал Джо Коломбо — знаменитый итальянский дизайнер-футурист пятидесятых–шестидесятых годов ХХ века. Он ушел из жизни слишком рано, и не успел воплотить в жизнь все свои радикальные замыслы. Но и того, что он сделал хватает с избытком, чтобы Коломбо занял свое место в истории дизайна.

    01_colombo

    Герой номера — Дима Кавко принадлежит к числу дизайнеров, расширяющих границы профессии. Взять и четко охарактеризовать его сферу профессиональной деятельности сейчас становится все сложнее и сложнее. В круге его интересов и графика, и художественный акционизм, и видео. В большом интервью мы пытаемся разобраться,
    почему Диме Кавко стало тесно в рамках графического дизайна. Также этим летом Дима был гостем программы Poster Stars, которую мы организовывали на Новой Голландии.

    02_kavko

    19 июня в Новом музее в Санкт-Петербурге открылась выставка международной плкатной акции «Маяковский-120». Куратор акции — Сергей Серов, кинул клич в профессиональное сообщество. 28 дизайнеров из России и мира откликнулись на этот призыв и сделали каждый по плакату, посвященному Владимиру Маяковскому. В «Проекторе» опубликованы все работы, принявшие участие в акции. «В общекультурном, недизайнерском дискурсе за Владимиром Маяковским закрепилось определение «поэт». В то же время с нашей графдизайнерской колокольни ситуация выглядит несколько иначе — развитие графического дизайна всего ХХ века Маяковскому обязано значительно большим, нежели ему же обязано развитие стихосложения».

    03_mayakovsky

    Проект № 4 «Предмет» открывается рассказом Владимира Пирожкова о русском дизайне и о том, как он проектировал олимпийский факел Сочи: «Русский дизайн — простой, функциональный, находчивый, дешевый. Автомат Калашникова, танк Т-34. Просто, надежно, функционально, ремонтопригодно, некрасиво. Толстый, надежный, тяжелый, будет работать, когда ты умрешь. Автомобиль «Нива», корабль «Союз». Что у нас конвейерное? Упаковка для молока треугольной пирамидкой. Бутылка кефира — очень крутая история — пробка, которая прогибается под пальцем, а потом ты сдаешь бутылки — офигенная система! Сушки — просто класс. Это хлеб, который транспортируется на дальние расстояния и размокает у тебя в животе. Много штучек, которые можно насобирать, и они составят советский или русский дизайн. У него есть понимание простоты, функциональности и лубковости».

    04_fakel

    В продолжение предметной темы новые светящиеся скульптуры проекта «Светомузыка», который мы делаем вместе с моими друзьями из компании «Артлайт» — люстра-барабан и неведомой типологии торшер, также напоминающим барабан, но уже не музыкальный, а револьверный, где вместо патронов заряжены флейты и кларнеты с белыми матовыми лампочками.

    05_svetomuzobaraban

    Павел Ульянов — эксперт по истории дизайна ХХ века делится еще одним предметом из своей обширной коллекции. «Кресло демонстрирует интересное смешение ар-деко, конструктивизма и функционализма. Такие сочетания редки, так как все эти стили были достаточно радикальны и не расположены к синтезу, но Дания, остававшаяся в стороне от модных тенденций конца 1920-х годов, могла порождать подобные компиляции».

    06_armchair

    Проект № 5 «Среда» открывается интервью Вини Мааса — звездного архитектора, руководителя голландского бюро MVRDV: «Я думаю, что инструментарий архитекторов сегодня довольно ограничен. Камень, стекло, сталь. Это первое. Во-вторых, мы смотрим друг на друга гораздо более пристально, чем раньше. Люди из Таиланда или Владивостока знают нашу архитектуру так же хорошо, как голландцы. Мы не копируем друг друга, мы влияем друг на друга. Мне нравится, что мы делимся друг с другом, что у архитекторов появились общие цели. Люди хотят работать с городскими пространствами, с природой. Мы похожи».

    07_maas

    Далее рассказ о «Белом городе» — Тель-Авиве, — крупнейшем мировом центре сохранившейся архитектуры модернизма, наследия Баухауса: «К концу сороковых наследие Баухауса прежнего интереса уже не вызывало, и здания постепенно стали утрачивать свой рафинированный облик — тут и там пошли расти флигели, остекляться лоджии, штукатурка темнела и осыпалась. Эти дома казались чем-то совершенно обычным, пока в 2003 году ЮНЕСКО не признало «Белый город» памятником всемирного культурного наследия. В охранную зону попало больше двух тысяч зданий, и стартовала масштабная программа реставрации».

    08_whitecity

    В проекте № 7 «Фотографирование» Мария Гаврильчик рассказывает о работах петербургского фотографа Дмитрия Провоторова: «При контратипировании можно брать стекла разной зацарапанности и запыленности, для появления фактуры — капать на них клей, разбавленный акрил, наклеивать полупрозрачный скотч. Следующая стадия — сложное тонирование, посевдосоляризация, дающая четкую градацию из четырех цветов: черного, темно-коричневого, серого и белого».

    09_provotorov_1
    09_provotorov_2

    В этом году Британская высшая школа дизайна отметила первый десятилетний юбилей. В проекте «Школа» поздравляю Британку и беру интервью у ее основателя и директора Александра Аврамова: «У нас нет задачи расти ради роста, у нас нет гигантомании, есть желание продолжать делать что-то интересное и полезное в области просвещения, заполнить лакуны на рынке российского творческого образования. За счет этого мы и развиваемся. Насчет региональных филиалов — мы планируем разные сценарии, но пока конкретных планов нет. Было бы интересно открыть филиал в Питере, но решение пока не принято».

    10_britanka

    Еще в «Школе» прекрасный сумасшедший студенческий проект «Semёn», сделанный Таисией Лысенко под руководством Константина Старцева: «Главным хитом всей защиты, безусловно, стал выращенный в бумаге ручного литья живой плакат. Это просто чудо какое-то! Таисия посадила семечки по контуру логотипа, и он пророс зелеными листиками в аккурат ко дню защиты дипломов».

    11_semen

    В книжном проекте наш авторитет Михаил Карасик рассказывает об одном из шедевров конструктивистской книги — об Арифметике Эль Лисицкого: «Лисицкий без сомнений и компромиссов уверовал в новую религию, поздние же попытки романтизировать созидательный пафос того поколения не столько реабилитируют в глазах потомков великого художника, сколько размывают, да и упрощают суть его творчества».

    12_lisitsky

    И еще в этом номере про Маяковского. Издательство Тимофея Маркова почти закончило работу над новой редакцией знаменитого «Клопа» с иллюстрациями Гаги Ковенчука. Новое издание будет представлено в декабре, но уже сейчас художник рассказал о том, как делался исторический «Клоп» в начале семидесятых и как делается новая книга: «Я сделал книгу на одном дыхании. В издательстве она поначалу очень понравилась, но постепенно я стал замечать некоторые недомолвки. Особенно редакторов смутило место во второй части пьесы, где речь идет о воскрешении Присыпкина, а именно что слово ВОС-КРЕ-СИТЬ я нарисовал на трех разворотах. Я считал это очень удачной находкой, но в издательстве ее приняли в штыки, видимо, сильны еще были воспоминания о хрущевской борьбе с формализмом: «Ну ты уж размахнулся, в стране нет бумаги, это неэкономно».

    13_klop

    В особом проекте «Проискусство» я публикую лучшие тексты портала АРТ1. Наши авторитеты-колумнисты пишут на ART1.ru то, что считают нужным. Мы никак не редактируем их тексты и не задаем темы очередного выступления. На то они и колумнисты, что нам не столь принципиально важно, какие именно вопросы они поднимают, сколь важен тот факт, что эти вопросы поднимают именно они. Далее вопрос сам собой вносится в повестку дня информационного пространства искусства просто самим фактом его озвучивания именно этими людьми.

    17_proiskusstvo

    Александр Боровский пишет о проекте Памятника тирану Ильи и Эмилии Кабаковых:

    «И вот я поразился Кабакову. Он — отец русского концептуализма. Потеряв сопротивляемость среды, он занялся интеллектуальными играми. В свои восемьдесят лет он все еще набирает мощь. По-моему, проект «Памятника тирану» — самая лучшая его работа, потому что она простая и понятная, это русский нарратив».

    14_borovsky

    Александр Дашевский призывает художников не стесняться писать портреты своих детей: «Здесь не нужно кокетничать с концепцией и симулировать особый интеллектуальный вывих. Авторы с неизбежностью будут проецировать свою индивидуальность на одинаковый опыт. Исходные данные равны, при этом у каждого свой почерк и свой способ справляться с трудностями. Кто-то пойдет в наигранную сладость, кто-то в брутальность, кто-то в социалочку, а кто-то в физиологию. А что? Вот такой групповой (и в смысле авторов, и в смысле изображаемых) портрет «на вырост» грядущего поколения жертв, производителей и потребителей современного искусства. Заклятие, можно сказать. У Таира Салахова, например, в свое время это получилось».

    15_dashevsky

    А Лиза Савина обобщает опыт работы галерей с молодыми художниками: «Мы смотрим портфолио в электронном виде и радуемся, когда это просто маленькие джипеги, тихо мечтаем о pdf-презентациях и негодуем, когда нам предлагают скачать архив. Умоляем: пожалуйста, не пишите текстов, не придумывайте тому, что вы делаете, никаких бездарных названий типа бренд-реализма — они не смогут оправдать визуальную невыразительность, совокупившуюся с внутренней пустотой».

    16_savina

    Проектор № 3(24) 2013

    Полностью журнал читайте в электронной версии.