Антиква №1

Как и было обещано, в сентябре сего года вышел в свет первый номер нашего нового журнала под названием «Антиква». Это богато иллюстрированное издание о вещах которые со временем становятся лучше и людях, знающих в них толк. Прошу, любить и жаловать — первый номер!

Митя Харшак

Главный редактор

Митя Харшак

Издатель

Игорь Тупальский

Год выпуска

2013

Предисловие

Как в лице человека с годами все больше проявляется его характер, так и предметы стареют по-разному. Время выявляет как плохое, так и хорошее, проводя естественный отбор — чему место на свалке, а чему жить в веках. Наш журнал о настоящих вещах, о предметах искусства, о страсти собирательства и об увлеченных людях с горящими глазами.

издатель Игорь Тупальский

Честные старые вещи, впитавшие время, обладают для меня особой притягательностью. В меньшей степени я озабочен их материальной стоимостью, для меня важны их энергетика и те истории, которые они могут рассказать. Будь то мебель, старые книги, часы или, к примеру, старый штопор, я считаю, что вещи должны продолжать жить своей жизнью, использоваться, а не служить музейными экспонатами в доме коллекционера. Как любой дом постепенно ветшает и разрушается без жильцов, так и старой книге нужны прикосновения человеческих рук, а штопор должен периодически вытаскивать пробку из бутылки доброго вина. Держать живую историю на кончиках пальцев, слышать, что рассказывает тебе предмет о своем прошлом, — это счастье, с которым мало что может сравниться.

главный редактор Митя Харшак

Один из главных героев номера — известнейший российский адвокат и коллекционер Александр Добровинский:

Собирая вещи, я никогда не задумывался о том, сколько они стоят. Но наступал тот день, когда из отдельных вещей складывалась коллекция. Иногда бывало, что коллекция переполняла меня, выходила за какие-то рамки — я понимал, что нельзя собрать все на свете, уставал от вещей. И несколько серьезных коллекций в своей жизни я продал. И продал, конечно, с огромной маржой по сравнению с покупкой. Мне удавалось практически каждый раз каким-то образом предвидеть то, что будет цениться и быть модным спустя какое-то время.

Александр Добровинский

Далее представляем вашему вниманию интервью еще одного из героев российского собирательства. Кирилл Игнатьев — бизнесмен, инвестор, председатель совета директоров группы компаний «Русские инвестиции», человек глубоких энциклопедических знаний и увлеченный собиратель рассказал «Антикве» о своей коллекции и исторических реставрационных проектах:

Мой интерес сконцентрировался на предметах русского классицизма — я выбрал для себя идеологему, что период с конца правления Екатерины II по конец правления Александра I был золотым веком российской истории. Тогда Россия постепенно приобретала лидирующие позиции в Европе и, соответственно, в мире. Россия одержала победу в войне с Наполеоном. В то время в Россию приезжали работать исключительно талантливые архитекторы из Европы.

Кирилл Игнатьев

Взгляд профессионала на российский антикварный рынок и торги по Русскому искусству в интервью генерального директора «Сотбис — Россия и СНГ» Михаила Каменского:

Есть люди, которые не имеют никаких коллекционерских амбиций, которые просто вкладывают деньги потому что видят, что искусство постоянно дорожает. И, если вы купили не подделку, а подлинную вещь хорошего качества известного художника, то она точно не подешевеет. В отличие от фондовых бумаг, искусство не превратится в ничто по воле какого-нибудь мерзавца политика. Но известно, что самые лучшие инвестиции — это системная покупка того, что тебе нравится. И тогда совокупность отобранных, калиброванных работ приобретает дополнительную стоимость за счет своей массы, появляется дополнительный бонус.

Михаил Каменский

На страницах первого номера мы представляем трио петербургских антикварных салонов: «Гармония», «Серебрянный век» и «Трианон» — бизнес основателя фирмы «Петербургский антиквар» Михаила Суслова, по уважительным отзывам его коллег, прочно занимает первую строчку на санкт-петербургской антикварной сцене. На вопросы ответил Михаил Суслов и эксперт, директор салона «Трианон» Александр Губанов:

Какое-то время назад все покупали вещи эпохи Наполеона III, сейчас предпочтения сместились в сторону ар-деко. Зато русский ампир всегда стабильно пользуется высоким спросом.

Михаил Суслов, Александр Губанов

Редакция «Антиквы» отнюдь не в теории увлечена винной темой. Для того, чтобы получить профессиональный комментарий о коллекционировании вина и винных инвестициях мы обратились к известному предпринимателю Евгению Чичваркину, чей лондонский магазин «Гедонизм» за очень короткое время стал одним из самых известных в мире винных бутиков.

Сложный поиск — это наша специализация. Например, был запрос на виски Macallan 1947 года — покупатель очень активно просил ко дню рождения. Еще недавно искали вино Recioto 1983 года. Block 42 Penfolds опять искали, потому что все распродали и оно мало где осталось. Коньяк Louis XIII Rare cask из этого же списка редкостей — тоже под заказ мучились, искали по всему миру.

Евгений Чичваркин

Дополняет интервью Евгения Чичваркина обзор первой десятки мировых винных аукционов. Если вам уже мало возможностей российских импортеров, то этот список для вас.

Об истоках и бытовании собственной коллекции искусства, «файн-арте» и «лебединой живописи», подарках и находках рассказывает знаменитый художник и коллекционер Александр Флоренский:

Курьезы случались — однажды я нашел на помойке около своей мастерской холст Александра Арефьева. Звучит малоправдоподобно, тем более что у Арефьева вообще холстов мало, все больше графика, но тем не менее это факт. Впрочем, холст был поздний, из не любимого мной периода, и я его с чистой совестью уступил коллекционеру Льву Борисовичу Каценельсону за 50 рублей (дело было в 1980-х годах, и такая сумма меня очень даже устраивала).

Александр Флоренский

Далее редактор «Антиквы» — известный галерист и коллекционер Павел Ульянов рассказывает о своей коллекции и практике собирательства классики финского дизайна:

Совет: не покупайте на барахолках предметы стоимостью дороже пятисот евро и те вещи, с которыми вы не знакомы. Вероятность ошибки крайне велика — это может быть менее ценный производитель, другого времени, да и вообще компиляция выданная за малоизвестный прототип.

Павел Ульянов

Книжная тема представлена исследованием трех знаменитых учебников конца XVIII века — «Новый Виньола», «Рассуждение о перспективе» и «Основы рисунка». Эти знаменитые книги российского художественного просвещения собрались вместе в одной частной коллекции.

Архитектура вообще была тогда в большой моде (примерно как сейчас урбанистика): Екатерина II, а затем и Павел I уделяли строительству не меньше внимания, чем законотворчеству, столь же заинтересованы были знатные заказчики, некоторые из них, как, например, княгиня Дашкова, сами выступали в роли зодчих. Знание основ архитектуры было необходимо, чтобы считаться мало-мальски образованным человеком. Но что самое важное, с подачи масонов, «вольных каменщиков», объединявших всю интеллектуальную элиту того времени, архитектура классицизма стала символом переустройства всей российской действительности по законам Порядка и Истины — в этом контексте трактат Виньолы из учебника архитектуры превращался в образец (или, если угодно, «икону») стиля, в том числе стиля жизни.

Василий Успенский

Владелица еще одной частной коллекции с удовольствием показала свое собрание мебели и фарфора, но предпочла сохранить анонимность. Редакция с пониманием относится к желанию владельца показать свою коллекцию, при этом не раскрывая собственного имени.

Многие коллекционеры суеверны и много внимания уделяют энергетике, которая приходит вместе с вещами от предыдущих владельцев. Я не суеверна, но какие-то вещи остро чувствую. Как-то мне привезли из Франции роскошное барочное зеркало. И оно идеально вписывалось в интерьер квартиры. Но как только его повесили на стену, я сказала: уберите! Что-то с ним не сложилось. А в ванной комнате — наоборот. Там у меня висит старое венецианское зеркало. Я чудесно в нем смотрюсь и ощущаю себя красивой женщиной по утрам и вечерам.

Не проходит «Антиква» и мимо темы коллекционирования техники. В первом номере Рассказ Ивана Ишуткина о его коллекции мотоциклов:

Наивысшей стоимостью обладают объекты сохраненные, не требующие реставрации, более или менее комнатного хранения. Но это самородки, изумруды, попадаются они и достаются редко. В моей коллекции из полусотни мотоциклов таких изумрудов всего два: мотоцикл «Красный Октябрь» с нулевым пробегом и мотоцикл Indian 1916 года. Все остальные машины надо было делать.

Иван Ишуткин

Далее о своем собрании предметов, в котором еще далеко не все экспонаты атрибутированы по функции, рассказывает известный российский дизайнер Стас Жицкий: 

Плакать об ушедшей эпохе глуповато, но и забывать эти вещи только потому, что они сегодня никому не нужны, тоже нечестно. Поэтому я хожу на блошиные рынки и озадачиваю продавцов вопросом: — А нет ли у вас таких штуковин, про которые вы и сами не знаете, что это такие за штуковины? Иной раз продавцы говорят мне: — Вот, гляди, есть какая-то хрень, а для чего она — кто ее знает… Старинная, бери за 100 евро. На что я резонно возражаю: — Чёй-то 100 евро за то, сам не знаешь за что? Даю тридцатник и забираю, о’кей? Как правило, забираю.

Стас Жицкий

Кстати, именно предмет из его коллекции — «портежюп», украсил собой обложку нашего журнала.

О судьбе увлечения или об истории бытования и коллекционирования охотничьего огнестрельного оружия рассказывает наш эксперт и коллекционер Ники Лоранс:

К концу XX — началу XXI века ситуация с коллекционированием охотничьего оружия в Росии некоторым образом улучшилась. Хотя и сейчас существуют проблемы. Большие пробелы в законодательстве позволяют надзорным органам по-разному трактовать юридические акты. Таможня ощетинивается запретами и беспредельными поборами. На фоне спокойной жизни западных коллег с их идиллическим общением на аукционах и выставках существование российского коллекционера оружия представляется весьма сложным и приближенным к боевой обстановке.

Ники Лоранс

В этом номере получилась целая серия публикаций о металлических предметах. Вслед за ружьями идут самовары. Коллекция русских самоваров Андрея Андреевича Лобанова заслуженно считается наиболее полным и представительным собранием, отражающим эволюцию этого уникального отечественного изобретения, как техническую, так и художественную. Алексей Лобанов — сын знаменитого коллекционера и сегодняшний владелец коллекции рассказал «Антикве» о том, что коллекция может быть не только в радость, но и в тягость:

Государственные музеи, понимая культурное значение собрания и трудности частного коллекционера, предпринимали неоднократные попытки приобрести коллекцию. Еще в 1979 году после первой выставки эксперты Государственного Эрмитажа рекомендовали музею приобретение коллекции. В 1996 году уже директора Государственного Эрмитажа, Музея-заповедника “Петергоф” и музея истории Санкт-Петербурга написали письмо мэру Санкт-Петербурга А. Собчаку о необходимости выкупа коллекции у владельца и создания музея самовара как символа русской бытовой культуры. Однако в бурное демократическое время средств у города не нашлось. Мне приходили запросы на безвозмездную передачу собрания в музейные фонды, но пока сделать это я не готов, а механизм связи государственных музеев с частными коллекционерами во многом несовершенен, и выставить частную коллекцию в музее достаточно сложно.

Алексей Лобанов

Далее Ники Лоранс представляет крупнейшую в России частную коллекцию военного и гражданского холодного оружия XVIII—XIX веков. Наш эксперт встретился с известнейшим собирателем Александром Лютовым. Два коллекционера-«оружейника» беседуют об удивительных находках и истории холодного оружия:

Среди профессионалов тоже есть подходы, которые для меня неприемлемы. К примеру, весьма распространенное заявление: «А я приобретаю только вещи без следов эксплуатации». Да, очень редко попадаются и такие. А нормальная историческая вещь должна нести на себе следы бытования, без этого никак. Да и что это за шпага без следов схватки, дуэли?

Ники Лоранс, Александр Лютов

Но не только предметы, сделанные руками человека служат объектом собирательства. Известный петербургский график Валерий Гриковский оказался еще и увлеченным коллекционером жуков! В его собрании более трех тысяч насекомых.

Мой любимый момент в коллекционировании, когда жук, пройдя все стадии от лова до расправки лапок и усиков, наконец обретает свое имя. Когда я понимаю, что его зовут, скажем, Monochamus urussovi — черный пихтовый усач — и он четко становится на свое место в коробочке, меня охватывает ощущение тотальной гармонии, мирового порядка. Я ловил и сохранял его не просто так, а для того, чтобы он занял свое место.

Валерий Гриковский

Санкт-Петербург богат не только признанными государственными музеями. Частные музеи обладают подчас удивительными коллекциями. «Антиква» будет в каждом номере рассказывать о таких собраниях. В первом номере о Музее истории фотографии рассказывает один из его основателей Дмитрий Шнеерсон:

У меня уже были собраны пара тысяч фотографий, и имелось помещение, где впоследствии и возник музей. К этому моменту уже появились кое-какие свободные средства, которые позволяли не только пополнять собрание, но и финансировать содержание музея. Задачей-минимум было организовать его так, чтобы отцам-основателям не пойти по миру.

Дмитрий Шнеерсон

И завершает номер интервью с владелицей частного музея парфюмерии Элиной Арсеньевой:

Специфика в том, что ароматы рано или поздно портятся, поэтому их собирать с целью хранения не имеет смысла. Духи создают для носа, а не для запертого шкафа. Стандартный рекомендованный срок хранения духов — три года. Поэтому сохранные ароматы столетней давности — большая редкость. Каждый экспонат может умереть в любой момент. Они не любят света, жары, перевозки и пересылки. Они капризны и непредсказуемы.

Элина Арсеньева

Полностью журнал читайте в электронной версии.

ваш Митя Харшак